Я хочу рассказать о своем дедушке, участнике Великой Отечественной войны Петре Ивановиче Ниевине.
В семье Ивана Гавриловича и Натальи Ивановны, проживавших в с. Старая Порубежка, росло три дочери и один сын — Петр, который в 1941 году закончил школу. Страшная новость, прозвучавшая 22 июня, нарушила все планы будущего студента. Как и все его друзья он решил встать на защиту Родины. Свой боевой путь будущий подполковник Ниевин начал в августе 41-го курсантом Вольского военного училища химической защиты. Затем его направили в распоряжение Главного военно-химического управления Красной армии. П.И. Ниевин воевал в 241-й отдельной роте химической защиты (ОРХЗ) и 245-й стрелковой дивизии в должности командира взвода. Главная задача групп «химической разведки», как их называли, состояла в раскрытии планов химического нападения противника и своевременного предупреждения своих войск. Также они осуществляли маскировку дымами своих войск и объектов тыла.
О том, как воевал дед, можно узнать по его наградам - медали «За оборону Сталинграда», «За отвагу», ордену Красной Звезды, медали «За боевые заслуги», ордену Отечественной войны II степени и «Благодарности за отличные боевые действия» при взятии г. Рига.
Он несколько раз был ранен. Одно из самых тяжелых запомнилось еще и необычным продолжением, случившимся в госпитале. Во время одной из атак рядом с Ниевиным взорвался снаряд. О том, что получил открытый перелом, он понял, лишь увидев кость, торчащую через рукав разорванной шинели. Что вторая рука и нога посечены осколками, причем, из ноги один вытащить невозможно, узнал лишь в медсанбате. Но родным и близким он решил об этом не сообщать. И в Старую Порубежку пришла открытка с таким текстом: «Дорогие мама, папа, Шура, Мария и Вера! Я нахожусь в санатории, куда нас, офицеров, отправили на две недели после боевых действий. Мы отдыхаем, развлекаемся, хорошо проводим время». Однако бывают на войне удивительные встречи. Вот и Петр Иванович встретил в госпитале своего родственника, который написал своим близким, что лечится вместе с братом Петром, тяжело раненым при взрыве. Так обман Ниевина раскрыли.
На фронте дед подружился с москвичом Александром Македонским.
- Представьте себе высокого, красивого, смелого, крепкого мужчину, который панически боялся воды. Это и будет Саша Македонский, - рассказывал он внуку. - При форсировании реки Одер он умолял: «Ниевин, пристрели меня, но на понтон я не полезу!». Представь себе мое удивление, когда после войны Македонский начал не просто заниматься плаванием, но и «моржевать».
Весть о победе застала деда в разведке.
- Мы услышали продолжительную беспорядочную стрельбу. Решили, что наш основной отряд попал в засаду, - вспоминал он. - Бежим назад к своим, навстречу нам Македонский. «Ниевин! Живой!», - кричит и лезет обниматься. Оказалось, что ребята подумали, что мы, ушедшие в разведку, напоролись на фашистов. Вот так мы беспокоились друг за друга.
Объяснение же было простым. Услышав радостную новость о капитуляции Германии, бойцы выразили эмоции самым доступным способом — стрельбой, которая раздавалась отовсюду. Понять кто стреляет и где, было просто невозможно. Так велика была радость солдат и офицеров.
Войну Петр Иванович закончил в звании майора. На «гражданку» решил не уходить. Служил в разных точках СССР: в Узбекистане и Таджикистане, на Дальнем Востоке. И даже в Китайской народной республике. Там он встречался с лидером компартии КНР Мао Цзедуном, который лично вручал ему и другим офицерам медали и памятные подарки.
Подполковник Ниевин после отставки вернулся в родную Старую Порубежку. Занимался садоводством, очень любил выращивать цветы. На досуге писал небольшие рассказы и мемуары, которые, к сожалению, сохранились не полностью. Умер дедушка в 1988 году. Его похоронили рядом с родителями на сельском кладбище.
А что же за ошибка в одну букву, спросите вы? Когда Петра Неевина забирали в армию, писарь ошибся и оформил все документы на Ниевина. И, когда родителям пришла похоронка с измененной фамилией, мать не поверила и даже не стала читать ее. Материнское сердце подсказало, что сын жив и здоров. Так и случилось.
Л. Чиктаева
